google + vk ok twitter facebook
Рейтинг@Mail.ru

ЛЕТО В ПУСТОМ СЕЛЕ…

Чернобыльская зона летом 1987 года - шокирующие странности, необычная служба, опасные для здоровья последствия


В  субботу, 3 февраля 2018 года, юные журналисты Эколого-биологического центра Евпатории отправились в музей «Звезда Полынь», чтобы взять интервью у члена правления Новоозерновского отделения Евпаторийской городской организации «Память Чернобыля», ликвидатора последствий аварии на Чернобыльской АЭС.  Последствия взрыва были разными, поэтому там требовались специалисты самого разного профиля, в том числе – работники министерства внутренних дел, милиционеры. Нести службу приходилось в настоящей «пустыне»  – в селах с полным отселением местных жителей. Наверное, Владимиру Григорьевичу СЫЧЕВУ было труднее, чем другим его коллегам, ведь умение общаться с «трудными», осужденными за различные преступления людьми было его любимой профессией. Он сам ее выбрал.

 Sichev1

 Владимир Григорьевич СЫЧЕВ родился 19 сентября 1950 года в Сибири, в Красноярском крае. Получил педагогическое образование и в армию попал уже после получения диплома учителя ФИЗИКИ и МАТЕМАТИКИ. Младший сержант Сычев прошел не только «армейскую школу» но и закончил «воспитательский факультет», на практике помогая командиру взвода.

После армии ему предложили работать, используя большие педагогические способности – в колонии для осужденных преступников. Исправительно-трудовая колония номер два находилась в городе Кызыле, это – столица Тувы (иногда республику в составе РФ называют ТЫВА), слово «кызыл» в переводе – «красный».

Работа в милиции нравилась Владимиру Григорьевичу, он получал одно офицерское звание за другим, получил и специальное звание КАПИТАН.

Из Сибири в Крым он с семьей переехал в первую очередь «по вине» дочери, которой очень понравился отдых на полуострове, у Черного моря, но с «красным» следом. Не случайно название нашего региона иногда связывают со словом «къырмызы» - «красный»… В 1978 году нашли место для жизни и работы «без перевода», - в Красноперекопске.

В Красноперекопске тоже работали преступники, вставшие на путь исправления, в этом городе действовали большие заводы – содовый, бромовый, трубный…

Но после катастрофы на ЧАЭС все изменилось – милиционеры из разных мест вызывались для прохождения службы в «запретной зоне». В апреле 1987 года пришла очередь капитана Сычева.  Крымчан в группе было пятеро – офицер Сычев и сержанты из Севастополя и Ялты. Базовый лагерь находился в райцентре Полесского района Киевской области, а задача милиции – «охранять общественный порядок в селе с отселенными жителями». Только на первый взгляд задача странная – никого не должно было быть в этом месте, а желающие – находились! Ведь все в домах было брошено, все вещи…

Sichev4

Село БОБЕР до катастрофы было крупным, в нем проживало около тысячи человек. До атомной станции рукой подать, поэтому и оказалось село в так называемой  "тридцатикилометровой зоне отчуждения" Но это ничего не значило – совсем рядом с АЭС были «чистые» участки, а ветер нес радиоактивную смерть чаще всего в направлении Полесского!

Sichev7

Дежурство в опасной зоне длилось с 25 апреля по 1 августа, хотя сначала тридцатишестилетнему капитану говорили, что вахта продлится только месяц. «Выбросы» с Чернобыльской АЭС были очень даже ОЩУТИМЫ – когда в небе появлялись вертолеты, милиционеры уже знали, что скоро неприятно станут покалывать руки, запершит в горле и появится во рту отвратительный привкус…

«По наследству» от прошлой смены милиционеров им достался на двоих вагончик и велосипед. Еду готовили сами, СУХПАЕК выдавали на три дня, - большой. Например, по банке сгущенки каждому (в день!). В казарму в Полесское тоже можно было съездить на попутках – когда не было дежурства. Чудеса окружали дежурных – то заросли гигантских ромашек поразят, то  лист ЛОПУХА  под которым мог бы  поместиться   легковой автомобиль, то мышь невероятного размера проскочит мимо…

У милиционеров были респираторы-лепестки, им выдавали бушлаты, пропитанные спецраствором – на них не садилось ни пылинки. Погода была дождливой и бушлаты очень пригодились. В некоторых домах до лета 1987 года оставались распахнутыми двери-окна, и это привлекало любителей поживиться вещами, милиционеры по каждому адресу делали рейды и заколачивали сами все ходы-выходы.

В обязанности дежурных входило и  уничтожение посадок мака. В четырех километрах от вагончика крымчан располагалось жилое село и  всякое могло случиться. Скрашивала одиночество прибившаяся к «опорному пункту» собачка.

Разобраться, где относительно безопасно, а где – крайне «тяжелый» фон, было невозможно. Например, умывались прямо в ручье, что протекал рядом с жилым вагончиком, иногда ели ягоды в «хорошем» месте, а потом оказывалось, что зря…

Sichev2

Свой долг выполняли милиционеры до августа 1987 года. Вернувшись домой, Владимир Григорьевич обнаружил, что он теперь – человек-магнит и почти ТРИ месяца мог носить на себе ложки-вилки. наверное, это было самое безобидное наследство месяцев дежурства и ежедневных обходов села, вскоре стало привычным делом два раза в год обследоваться, проходить курс лечения. Владимир Григорьевич продолжал службу до 1998 года.

У него – доказанная инвалидность, как следствие пребывания в зараженной радиацией зоне. Остались четыре фотоснимка с 1987 года – там нельзя было фотографировать, но приезжал знакомый с фотоаппаратом и смог провезти снимки через КПП и блокпосты.

Sichev5

Мы рассматривали эти маленькие старые фотографии и нам проще было представить невозможное – село без людей, сады и ягодники с ядовитыми плодами, огромные лопухи, грохот низколетящих вертолетов, спешащих на ликвидацию очередного смертоносного выброса…

Sichev6

И снова тишина пустыни, мертвые дома, дождь, пустота. Таким «робинзонам» не позавидуешь…

Увидев ситуацию, где ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ничего изменить нельзя, милиционер в исправительно-трудовой колонии во время дальнейшей службы, наверное находил слова для заблудших, оступившихся, разочаровавшихся.… Теперь Владимир Григорьевич – полковник. Он с товарищами, видевшими край жизни, а не край Земли, ведет большую общественную работу в Новоозерном. Он умеет находить правильные и нужные слова. И Чернобыль в его судьбе – навсегда.


Анастасия НАГЛАЯ, «Школа юнкоров» Эколого-биологического центра Евпатории, МБОУ СШ №1

Фото А. Бондаря, руководителя «Школы юнкоров».

Комментарии

  • Гость
    Сергей Среда, 07 марта 2018

    Володя, я искренне удивлен, я не знал, что тебе пришлось принять участие в такой страшной трагедии, в период которой, никто на земле не знал, что делать и как защитить людей от смертоносной опасности. Сейчас только, спустя много лет, мы уже прекрасно сознаем, какой удар приняли на себя первые герои Чернобыльской трагедии. Порой, не зная, что они принимают на себя смертельную дозу радиации, шли и выполняли свой гражданский дол - долг перед Родиной. Тоже самое пришлось делать и тебе. Внутренний голос наверное тебе говорил, что ты находишься в какой то неординарной ситуации и многое что пугало при этом. Но, ты с честью, как бы это ни было трудно, выстоял. Хотя,наверное уже догадывался, что это отразится на твоем здоровье.
    Я искренне горжусь своим земляком. Желаю тебе, Володя и твоей семье, чистого неба над головой, здоровья и благополучия.

Оставить комментарий

Гость
Гость Понедельник, 24 января 2022

Перепечатка информации возможна только при наличии активной ссылки на источник www.anbosune.net

Copyright © 2013